Багдановіч Марына

 

%d0%91%d0%90%d0%93%d0%94%d0%90%d0%9d%d0%9e%d0%92%d0%86%d0%a7

З кнігі "Жанчыны"

Ее знают как одну из самых яростных и искренних оппозиционерок, но наш разговор с Мариной Богданович не об этом. «Спидинфо», наверняка бы, сказал, что о сексе. Я же хочу сказать более деликатно – о любви.

–  В чем суть женского счастья?

– А разве может счастье быть женским или мужским?

Для меня счастье, когда не болеют близкие, когда я понимаю, как могу, мягко направляя, помочь своим детям развить  способности. В том, что умею держать удар, не терять чувство собственного достоинства. В любимых книгах, хорошей музыке. Счастье получать результат в работе, особенно когда он достигается за счет интеллектуального превосходства, самоорганизации, умения мотивировать людей. Счастье, это то, что я каждое утро просыпаюсь с радостью, улыбаюсь. Иногда на улице могу попрыгать на одной ноге, часто мурлыкаю что-то себе под нос. Счастье, что люблю жизнь и все, что она посылает мне принимаю с благодарностью. Счастье, что научилась прощать. Что немного умнею,  хотя и переживаю, когда обо мне говорят люди, которые ничего не знают. Но, судя по растущему качеству врагов, начинаю что-то в этой жизни делать осмысленно, не обращая внимания на мнение авторитетов. Счастье, что Бог дал сил и разума не сломаться, когда было трудно и тяжело. Выстоять самой во всех ситуациях, вырастить и воспитать детей.

А вот для моей дочери Маши счастье – это когда мама дома, мы вместе читаем книги или смотрим, обнявшись, телевизор.

Счастье – это своеобразная мозаика. Помнишь, в нашем детстве были такие трубочки -калейдоскоп: смотришь, вертишь, складываются разные узоры.

Для кого-то с годами они стали картонками с насыпанными цветными стеклышками, а для меня это невообразимо красивые узоры, которые складываются из множества бриллиантиков, кристалликов необыкновенной чистоты. Я до сих пор отношусь  так же радостно и искренно к жизни, точно знаю и всегда верю, что следующий поворот трубочки сложит узор еще красивее.

Мой детский интерес сохранился.

– Насколько я помню, у вас двое детей…

– Совершенно верно.

Сыну Паше уже двадцать один год, дочери – десять.

Они у меня абсолютно разные.

Причем все люди, которые меня давно знают, в курсе, что я специально выходила второй раз замуж, чтобы родилась дочь.

Наверно потому, что мой папа эстонец, а эстонцы сохранили особое отношение  к дому, традициям. Для меня мое жилище, мои близкие очень важны, ведь я стержень семьи, ее мозг, хранительница  семейного очага.

Но при этом запросто могу управлять коллективом в 500 человек. Руководить избирательной кампанией республиканского уровня, оставаться спокойной в любой, самой опасной ситуации, играть на фортепиано, любить оперу, читать книги по философии, проводить пресс-конференции, требовать и заставлять подчиняться очень жестких и важных мужчин. При этом следует помнить, что я хорошо умею  готовить курицу, печь печенье.

Прочие дела этому не мешают, жаль только времени на все катастрофически не хватает.

Вот сегодня я пришла в партийный офис и рассказываю, что вчера, когда меня в очередной раз забирал ОМОН, звонила дочь, у нее какие-то проблемы. Я, естественно, предложила поговорить об этом позже. Прихожу домой – дочь заплаканная, она натерла ногу, а я с ней не стала разговаривать. Переживаю из-за этого.

– Если можно, насчет количества браков, пожалуйста, подробнее…

– Я выросла в обыкновенной советской семье, где были четкие моральные устои. Если ты влюбляешься и хочешь заниматься сексом, то должен быть штамп в паспорте. Обязательно.

Я была студенткой политехнического института. Меня туда отправили «присматривать» за старшим братом, который был уже на пятом курсе. Как он мне однажды сказал: ты выглядела такой недотрогой, что к тебе было страшно подходить.

Но в реальности все было не совсем так. Со стороны сильного пола была куча знаков внимания. А если вспомнить, что на втором курсе участвовала в показах моделей, то поклонников более чем хватало.

На третьем курсе  вышла замуж. Через год у меня родился сын.

Представьте: я студентка дневного отделения, маленький ребенок, муж Игорь (тоже студент), плюс по ночам  подрабатываю санитаркой.

Мы поехали с мужем вместе по моему распределению и вскоре расстались. Я всю свою жизнь ставлю себе высокую планку, расту, развиваюсь и не приветствую, когда человек рядом с тобой остается на одном и том же уровне. Разводились фундаментально, с третьего раза. На развод подавала я.

Сейчас понимаю, каким это было для него оскорблением, ибо мужчинам особенно больно, когда их оставляют женщины. Причем уходят не к другому мужчине, а предпочитают остаться одной. Слава Богу у него потом было все хорошо. С тех пор он со мной не разговаривает. Говорят, что ненавидят те, кто любит до сих пор.

И еще один мой принцип: я ухожу от мужей, ничего из совместно нажитого не забрав, только самое для меня ценное – детей. И еще ни разу не пожалела, что так уходила.

Безусловно, в моей личной жизни есть много тайн.

…Тогда мне было всего двадцать пять лет. Молодая красивая женщина с высшим образованием.  Была депутатом городского Совета, членом президиума.

То есть постоянно находилась на виду. Комплименты, цветы, знаки внимания. Конечно же, принимала их с радостью, но сердце занял только один мужчина. Причем так надолго, что ни 10 ни 15 лет наших сложных отношений не унесли чувства. Я благодарна Богу за то, что смогла испытать настоящую любовь.

Наверное, поэтому не увела его из семьи. Не захотела делать несчастной другую женщину. Это было бы нечестно, хотя бы потому, что я была моложе ее на 15 лет. И могла еще раз устроить  свою личную жизнь. А она, привыкшая к комфорту жизни за мужем, большим начальником, – нет.

Я никогда не уступлю сильному. Независимо от того, кто это – президент, омоновец или бандит. Но многое прощаю и могу уступить тем, кто слабее меня. Пытаясь сбежать от любви и, наверное, от себя, вышла второй раз замуж.

Второй муж был моложе на восемь лет. Двухметровый красавец. Владимир прекрасно рисует, из очень хорошей семьи.

Два года он меня встречал с работы и провожал домой. В два часа ночи топал через весь город. Это не «серенады под луной», это поступки.

Мы замечательно прожили около пяти лет, но на большее меня не хватило.

Когда дочери было четыре месяца, стала предпринимателем, пошла на рынок торговать, кормить семью. Через два года решила получить второе высшее образование. Второй развод – мое решение, я опять ушла. Почти 10 лет мой второй муж ждет, что я к нему вернусь.

…В этом году я работала на выборах в России. Работа требовала максимальной сосредоточенности,  из подчиненных нужно было  выжать максимальный результат.  И я его получила.

Даже когда меня забирает ОМОН, я думаю о дезодоранте и пилочке для ногтей в моей сумочке. Я понимаю, что меня могут избить, но считаю, что опускаться до плохого внешнего вида просто не имею права.

– Уверен, что они тоже понимают, что вы не только оппозиционерка…

– На тех, кто с другой стороны, я смотрю спокойно и всегда придерживаюсь точки зрения, что они такие же люди, как и те, ради которых я выхожу на площадь, организовываю митинг, протестую.

Те, кто с нами борется, – все разные.

Часть из них считают себя патриотами, которые защищают страну от американцев, желающих «поставить Беларусь на колени».

Другие – совершенно адекватные люди. Они улыбаются, когда я шучу, реагируют на мои слова и поступки. И да простят меня феминистки, часто в отношениях с силовиками я пользуюсь тем, что  женщина. Даже если меня задержали и  выпускают из милицейского уазика, то всегда жду, когда  откроют дверь, подадут руку.

Кстати, часто я заставляю вспомнить о мужской сущности и многих коллег-оппозиционеров.

– Получается?

– Безусловно.

Некоторые говорят, что не могут на меня реагировать только как на соратника в политической борьбе. Мне нравится, когда мне целуют руку, и не нравится, когда говорят: «Мужественная женщина Марина Богданович… Мужчина в юбке…»

Материал записан 24 мая 2005 года