Патапенка Уладзімір

%d0%bf%d0%be%d1%82%d0%b0%d0%bf%d0%b5%d0%bd%d0%ba%d0%be

З кнігі "Стигма"

ЧЕТВЕРТОЕ ИЗМЕРЕНИЕ ВЛАДИМИРА ПОТАПЕНКО 

Как известно, наряду с высотой, шириной и глубиной ученые часто называют еще и четвертое измерение – время. Семь лет назад для книги «Преодоление» мне понадобилось четыре попытки, чтобы сделать с Владимиром Потапенко полноценное интервью. Сейчас история повторилась по той же причине – дефицит времени. И дело вовсе не в некоем начальственном чванстве, что, к сожалению, встречается в разных кабинетах. Свободного времени у руководителя общественного объединения «Белорусское общество инвалидов» Владимира Потапенко не хватает катастрофически, и порой даже не верится, что все это делает человек в инвалидной коляске.

Роковым для него стал день 13 мая 1978 года.

Чтобы современному читателю была понятна ситуация, при которой Потапенко получил травму позвоночника и стал пожизненно инвалидом-колясочником, есть смысл начать с того, что это было по пути на очередную шабашку. В советские времена шабашкой называли работу в свободное от основной работы время. Как правило, ею занимались молодые мастера. Это были желающие работать, не считаясь со временем и силами, люди, способные построить объект (зачастую) только по эскизному рисунку заказчика.

Только на шабашке было позволительно зарабатывать в Беларуси столько же, сколько получали на Крайнем Севере. Вот на такую работу Владимир Петрович с другом детства и ехал в тот роковой день. Место назначения – один из колхозов Березинского района. Должны были начать строительство там нового объекта, проще говоря, телятника.

Подробности подобных аварий вспоминать еще раз люди с инвалидностью не любят по той причине, что ничего приятного в этих воспоминаниях нет. Отметим только, что после аварии Потапенко попал в положение, которое в простонародье называют «между жизнью и смертью». Врачи боролись с самым худшим больше года.

Первые годы своей инвалидности он прожил в состоянии безысходности и полной растерянности, перевернул кипу литературы на тему лечения и организации жизненного устоя инвалидов-колясочников, в том числе огромное количество специальных научных изданий.

Не менее 10 часов в сутки (с перерывами, но без выходных) занимался физическими упражнениями. Через 4–5 лет объем движений кистей рук почти восстановился, но сила левой руки по-прежнему оставалась нулевой, а правой рукой мог выжать не более 20 кг.

В это трудно поверить, но еще через пять лет он начал заниматься спортом целенаправленно, а в 1991 году на Открытом чемпионате по легкой атлетике США получил первые международные награды. Завоевал тогда «серебро» и две «бронзы» (ядро, копье, диск).

Через год в Барселоне стал первым в истории Беларуси колясочником, который взошел на пьедестал почета Параолимпиады. Завоевал «серебро» в толкании ядра и «бронзу» в метании копья. В 1994 году выиграл Чемпионат мира по легкой атлетике для инвалидов в Берлине (толкание ядра).

Закончил же свою спортивную карьеру Владимир Потапенко в 1998 году в английском Бирмингеме. Ему было уже 48 лет.

Летом 1984 года по решению единомышленников, таких же инвалидов-колясочников, как и сам, которые тоже хотели объединиться в общественную организацию и поручили Владимиру Потапенко координацию, решение организационных вопросов, он обратился в Совет министров. Там встретили эту идею, мягко говоря, прохладно. Один из заместителей руководителя правительства так и сказал: «О чем вы говорите? Вы вроде шеей ударились, а не головой… Какое еще общество может быть в нашем благополучном и достойном советском обществе?!. Если лично вам не хватает талонов на товары и продукты, дадим как многодетной семье, можем решить вопрос о выдаче вам мотоколяски…»

Семья у него действительно была многодетной – три сына. Чиновник об этом, конечно же, знал, а вот о том, сколько в упомянутом обществе живет людей с инвалидностью, имел довольно абстрактное представление. Посоветовал «набрать хотя бы пятьсот человек». Так инвалиды-колясочники и сделали.

Разработали анкету, которую очень скоро подписало около двух с половиной тысяч человек, но чиновников (несмотря на соответствующее обещание) и это не убедило. От Потапенко в Совмине отмахнулись, как от назойливой мухи…

Статистика советских времен в плане достоверности немногим отличалась от теперешней. Возможно, я рискую прослыть Фомой неверующим, но к очень многим цифрам отношусь, мягко говоря, критически. И касается это не только электоральных вещей.

Например, представляется сомнительным, что в Беларуси сегодня всего 550 тысяч людей с инвалидностью. Прежде всего по той причине, что некоторые стараются свою инвалидность не афишировать. Во-первых, не хотят иметь проблем с трудоустройством. Во-вторых, особо нет смысла, ибо врачи всячески стремятся принизить значимость проблемы со здоровьем.

Не знаю, правду ли говорят те, кто уверен в наличии соответствующего указания (для экономии бюджетных средств), но то, что сейчас получить группы инвалидности, которые требуют от государства каких-то финансовых потерь стало труднее, – многократно проверенный факт.

Более того, известны случаи, когда человека из одной группы инвалидности переводят в другую, а позитивных перемен в здоровье при этом не происходит. Почему? Ответ прост: чтобы не платить.

Как и следовало ожидать, после визита Потапенко в Совмин, никто там даже пальцем не пошевелил, потому вполне логично, что через год он направил письмо на адрес президиума проходившей тогда XIX партийной конференции. Очень сомневаюсь, что кто-то из партийных бонз прочел 9 страниц убористого почерка, но оно точно «попало в струю», так как именно этот партийный форум и принял решение о перестройке.

Есть масса свидетельств, что в Минске оно понравилось далеко не всем, но (как и сейчас) здесь привыкли прислушиваться к мнению Москвы.

И не спешитли с исполнением распоряжений…

Прошло почти два года, прежде чем «наверху» посчитали правильным вернуться к предложению Потапенко.

В сентябре 1987 года в БССР пришла инструкция Госстроя СССР о безбарьерном строительстве, на основании которой было предписано разработать национальные строительные нормы. Потапенко пригласили в Министерство соцобеспечения и предложили совместно с комитетом Госстроя БССР в качестве общественного советника или эксперта поучаствовать в разработке этого документа. Попутно поинтересовались судьбой ранее собранных списков инвалидов и дали добро на создание инициативной группы по подготовке учредительной конференции Белорусского общества инвалидов.

Не хочу вновь проводить какие-то параллели, но тогдашнее государство тоже попыталось взять «процесс» под свой контроль. К счастью, времена изменились, и ничего у них не получилось.

8 июля 1988 года учредительная конференция юридически узаконила новое общественное объединение «Белорусское общество инвалидов», сокращенно БелОИ.

Сразу (очень короткое время) обществом руководил Владимир Чувичко, а потом Николай Колбаско. Оба были депутатами Верховного Совета 12-го созыва. Обоих, к сожалению, уже с нами нет.

Сам же Владимир Потапенко сразу возглавлял столичную структуру этой организации, а в 2004 году его избрали председателем Центрального правления Белорусского общества инвалидов.

Тогда в стране инвалидов было свыше 400 тысяч, а членов общества около 200 тысяч, то есть – половина. Сейчас эта пропорция совершенно другая. В БелОИ состоят почти 55 тысяч человек, то есть каждый десятый из тех, кто имеет группу инвалидности.

Связано это со многими факторами, но прежде всего с отказом от известного догмата о переходе количества в качество. Рискну предположить: когда станет ясно, что «Акела промахнулся», от числа сторонников «стабильности» останется еще меньшая цифра, чем от количества «верных ленинцев»… Если останется что-то вообще…

Кроме всего прочего, не следует забывать и о материальной составляющей процесса. Два года после создания Белорусского общества инвалидов государство помогало финансами, а потом начались хорошо известные девяностые с их непостоянством, властным бардаком и галопирующей инфляцией. А еще тем, из-за чего их потом назовут лихими.

Если Николай Игнатьевич Колбаско был по натуре созидателем, то потом к власти в обществе пришли разрушители. Они хотели приватизировать практически все. Солидная часть имущества БелОИ была продана по очень странным, бросовым ценам. Общество превратили в кормушку для узкого круга, с позволения сказать, руководителей. Некоторые из них даже угодили в тюрьму…

Образно говоря, на новую должность Потапенко пришел, если не как на пепелище, то в самый разгар пожара…

О том, как его удалось погасить, – отдельный рассказ. Сейчас речь о том, что государство вначале создает стигму, а потом начинает бороться с созданными им же стереотипами. Речь о льготах.

Предвижу многочисленные упреки на сей счет, но, на мой взгляд, тотальное льготирование часто гораздо хуже конкретных финансовых субсидий. Во многих странах мира людям с инвалидностью предоставляют адресную материальную помощь, а не наделяют их неким эфемерным правом и не создают на этой базе мифы. К примеру, бытовало немало мифов и по поводу государственного финансирования капстроительства и социальных программ для людей с инвалидностью. Как известно, вначале текущего столетия его отменили, но даже в момент существования оно было, что называется, от лукавого.

Владимир Потапенко как-то посчитал, что за первые 12 лет БелОИ заплатило налогов на сумму эквивалентную, 18 миллионов долларов, а получило от государства 10 миллионам долларов в виде субсидий. То есть «навар» в пользу власти составил 8 миллионов. Вначале эта власть была советская, а потом – социально ориентированная.

Несильно изменилась картина и после того, как денег в государственном бюджете для людей с инвалидностью не стало вовсе. Имеется в виду республиканский уровень, ибо на местах, как правило, начальники находят варианты как-то поддержать людей с инвалидностью.

Но и это тоже, к сожалению, происходит не всегда и не везде…

Только один пример.

Ежегодно в рамках «Славянского базара» проводится конкурс одаренных людей с инвалидностью. Руководство всех областей находит возможность финансово помочь поездке своих инвалидов в Витебск. Досадное исключение составляет Минск. Летом этот фестиваль искусств проводился в 27-й раз, но еще ни разу (!!!) руководство столичного региона не помогло своей инвалидной делегации… Минские инвалиды единственные, кто ездит туда за свой счет…

Из этого же разряда и другая занимательная арифметика. На данные момент под эгидой БелОИ работает около 70 предприятий разного рода (в основном строительного и швейного направлений). Даже с учетом льгот в год они платят налоги в сумме, эквивалентной трем миллионам долларов. Если бы налогообложения не было вообще, отчислений из прибыли этих предприятий полностью бы хватило на то, чтобы с лихвой оплатить всю деятельность БелОИ.

То есть, помогая одной рукой, другой государство забирает столько, что, если бы оно этого не делало, никакой помощи не нужно было бы вообще.

Буквально несколько слов об электоральных предпочтениях белорусов. Стигма о том, что людям с инвалидностью нужно обязательно помогать, соседствует со стигмой о том, что они не способны кому-то помогать сами. На заре белорусской государственности отношение к ним было совсем не такое, как сейчас.

Поначалу разным инвалидным организациям предоставлялись соответствующие квоты, и Владимир Потапенко попробовал себя в открытой избирательной борьбе, в которой ему даже удалось занять третье место.

В начале девяностых годов прошлого века такое еще было возможно, но со временем ситуация изменилась не в лучшую сторону. В людях с инвалидностью перестали видеть тех, кто способен решать чужие проблемы, что сразу же зафиксировали многие социологические исследования.

Например, наиболее стигматизированной группой в данном отношении выступают люди «с заметными формами инвалидности»: только 19,2% респондентов в 2011 году и 12,8% в 2015-м готовы были бы рассматривать такого кандидата наравне с другими.

К сожалению, с каждым годом ситуация только ухудшается.

Прошедшие недавно местные выборы, где на 18 111 депутатских мандатов претендовало 22 278 кандидатов, среди которых было всего лишь три инвалида-колясочника, весьма красноречиво подтвердили эту тенденцию.

Ни один из них не был избран.

Напоследок опять немного занимательной арифметики.

Если верно, что на данный момент в Беларуси зарегистрировано 550 тысяч людей с инвалидностью, и добавить к этой цифре по несколько близких к ним человек (отец, мать, брат, сестра и т.д.), то речь идет минимум о миллионе избирателей.

Отрадно, что в разговоре со мной Потапенко отметил возросший интерес к инвалидным проблемам властей предержащих. Особенно ставшего вице-премьером Василия Жарко, который был недавно министром здравоохранения и тему знает, как говорится, не понаслышке. Только одного интереса мало. Надо, чтобы за ним следовали конкретные действия.

226_23-1 presidium2

226_23-1 presidium2 %d0%9f%d0%be%d1%82%d0%b0%d0%bf%d0%b5%d0%bd%d0%ba%d0%be