Заіка Леанід

%d0%97%d0%90%d0%98%d0%9a%d0%9e-img_9367

  • З кнігі “Лёсы”

То, что Леонид Фёдорович Заико является кандидатом экономических наук и одним из самых авторитетных в этой области специалистом, общеизвестно. Мы решили сконцентрировать ваше внимание на некоторых моментах из его жизни, о которых знают далеко не все.

 

Экономика космополита

 

Я родился в Гродно, 23 августа 1948 года. Это запад страны, поэтому «западный» вектор в моей жизни часто был доминирующим. Мои родители прошли всю войну. Гродно стал новым местом службы отца, Фёдора Ивановича. Родом он с Украины. Маму звали Галина Романовна. Она русская (из Курска), из семьи железнодорожников (дед считался одним из лучших машинистов, орденоносец). Себя я считаю космополитом. Кстати, согласно социологическим исследованиям, к ним относится около семи процентов граждан РБ.

Познакомились родители на фронте, когда матери было семнадцать лет. Её семья попала в эвакуацию в Горький. Один из маминых дядьёв был профессором, второй считался извозчиком, но не простым, а имел в собственности коня и карету (по нашим меркам это как кадиллак). Сам род берёт своё начало от купцов Бутовых. Кроме мамы в семье было ещё трое детей. На сегодняшний день жив остался только дядя Борис. Живёт он в Москве. Во время войны, будучи ребёнком, работал, как показывают в кино, на скамеечке, чтобы дотянуться до станка, потом стал крановщиком. Каждый раз, приезжая в гости, я наблюдал, как после еды дядя Борис облизывает тарелку. Так делают многие, кто пережил голод…

И до войны, и после все жили примерно одинаково. Дома не имели удобств. Ванну я впервые увидел в лет семь у знакомых, которые получили квартиру. А у нас даже слив отсутствовал, и воду мы выносили в вёдрах на улицу. Но всё равно время тогда было интересное. Вспоминаю, как в конце пятидесятых просыпался под белорусский гимн: шесть часов утра, дома холодно, не хочется вылезать из-под одеяла, а в школу идти нужно. Кажется, что у всех жителей тёплых стран жизнь очень счастливая…

У меня ещё есть два брата и сестра. Старший, Саша, одно время работал вместе с Александром Павловичем Войтовичем и всегда передаёт ему приветы. Он был физиком. Сестра младше, её зовут Алла. Живёт она в Самаре. Закончила «политех» по специальности «Водоснабжение». Сейчас работает в строительной фирме.

Удачнее всего карьера сложилась у младшего брата — Володи. Отец хотел, чтобы он пошёл в военное училище, так сказать, по его стопам. Понять отца несложно: боевой офицер, полковник. (Я, к примеру, раньше научился стрелять из автомата, чем играть на фортепиано.) Самыми «крутыми» офицерами во все времена считались морские. Володя поехал поступать в Калининградское высшее военно-морское училище. Слава Богу, что с его баллами там брали далеко не всех, и брату пришлось пойти в гражданское морское училище. Ему повезло, так как многие из тех, с кем он поступал, стали со временем безработными. Сейчас Володя живёт в Калининграде, он первый помощник капитана на танкере, возит всеми любимую нефть. Танкер высотой с девятиэтажный дом, команда — 29 человек. Жизнь на танкере у него просто шикарная: двухместный номер, сауна, бассейн. Недавно брат звонил мне из Рио-де-Жанейро, спрашивал, что привезти. Я ответил: «Белые штаны».

В семье отца было трое детей. Его брат Роман погиб во время войны. Их отец, мой дед, умер во время голодомора. К сожалению, мы мало об этом знаем. В Беларуси такого не было, Украина пострадала больше. Отец рассказывал, как однажды, возвращаясь домой, он услышал за спиной чей-то бег — его хотели съесть.

Младшую сестру отца звали Ульяна. Она умерла при весьма странных обстоятельствах. Скорее всего, убили как одинокую старушку. Одиночество — примета того поколения. Почти все женихи погибли на войне. До сих пор удивляюсь, как в столь трудные времена люди поддерживали друг друга. Папина сестра пару раз в год присылала с Украины посылки: несколько кусков сала, домашнюю колбасу, деревенские яйца, и всё было пересыпано семечками, которые я очень любил, особенно белые. Хорошая была традиция. Сейчас такого нет…

В деревнях тогда было заведено: если ты хорошо учишься, то собираешь сапоги, связываешь их веревочкой, забрасываешь на плечо и босиком идёшь в ближайший город. Когда отцу исполнилось 14 лет, он направился в Сумы, сапоги одел только при входе в город. Там он поступил в машиностроительный техникум.

После техникума немного поработал. Затем призвали в армию и направили в Севастопольское военное зенитно-артиллерийское училище. 22 июня 1941 года всех курсантов подняли по тревоге. Отец воевал на Ленинградском фронте, но основную часть войны провёл на Сталинградском. Сталинград знал очень хорошо, поэтому, когда читал чьи-то воспоминания, например, Брежнева, сильно возмущался: полковники ближе чем на километр к линии фронта не приближались, поскольку немецкие снайперы стреляли очень метко.

Боевой офицер, сбивал немецкие самолёты, был представлен к званию Героя, но документы где-то затерялись. О войне, как и все настоящие фронтовики, говорил мало. К нему нередко приходили друзья и сильно смеялись, читая в газетах отлакированные интервью.

После войны служба папы продолжилась. У военных появилась возможность послужить за границей. С 1959 года я жил в Германии. Поехал туда из Гродно. Если бы я приехал в гарнизон, где отец командовал полком, в своей гродненской одежде, впечатление произвёл бы, мягко говоря, не самое лучшее. Поэтому во Франкфурте-на-Одере меня вначале завели в магазин, полностью переодели, выбросили старую одежду, сводили в парикмахерскую и повезли в часть. Костюмчик, галстук, бриналин — совсем другое дело.

Германия стала для меня настоящим шоком, хотя тоже лежала в руинах. Это была совсем другая цивилизация. Я начал там учиться с пятого класса. Преподаватели были хорошие, в основном из Москвы и Ленинграда, так как поработать за границей считалось большой удачей. Вне школы работало много кружков. У нас не было большого тенниса или, скажем, плавания, но зато почти всех детей учили танцевать. В СССР подобное даже трудно было представить. Помню, когда на каникулы я приезжал в Гродно, и в нашей школе организовывались танцы, было заметно, что танцевать никто не умеет — просто топтались на месте.

В Германии пришлось сменить несколько школ, но они всегда были не в гарнизонах, а в городской черте. Мы свободно ходили по городу, покупали себе мороженое и пирожные, то есть были интегрированы в среду, поэтому немецкий язык нужно было знать обязательно. Он стал для меня вторым родным.

 

Экономика «булки-пироги»

 

Дети офицеров тогда могли учиться за границей до шестнадцати лет: после окончания восьми классов нас отправляли в Советский Союз. Я вернулся в Гродно, затем отца перевели в Слуцк. Поздней осенью 1965 года мы оказались в Минске. Здесь я пошёл в последний, 11-й класс. В прежних школах были хорошие учителя, поэтому мне ничего не оставалось, как стать золотым медалистом.

Минск не понравился сразу. Он показался каким-то пустым городом. Это, наверное, потому, что я часто сравнивал его с Берлином или Бернау.

После окончания школы стал вопрос выбора: куда поступать? Многие мои друзья продолжили династии и пошли в военные училища, а я выбрал «булки-пироги», то есть торговый факультет Института народного хозяйства. Вокруг было много красивых девушек, вырисовывались приличные перспективы карьерного роста. Хорошая специальность, но для того времени она была нетипичной. Большинство, как мой старший брат, становились физиками-ядерщиками. Мой выбор у многих вызвал массу вопросов. Никто тогда не предполагал, что в жизнь изменится.

Дело в том, что, поступая в вуз, мы ещё не определяем своего будущего. Мне нравилось, что в нархозе нужно учиться четыре года. Параллельно думал поступить в иняз и получить там ещё одно образование, ибо чётко знал, что без знаний иностранных языков добиться чего-то серьёзного невозможно. Сделать мне это не дали. После первого курса я подошёл к декану (замечательному интеллигентному человеку) с просьбой разрешить забрать свой аттестат о среднем образовании. Я был отличником, поэтому уже тогда преподаватели думали о моей возможной учёбе в аспирантуре. Я попытался «пробить» этот вопрос иначе, и оказалось, что необходимо разрешение как минимум замминистра образования. Словом, в иняз я не пошёл. Уехал в Крым отдыхать, благо, было на что. Дело в том, что я ещё и неплохой музыкант, когда-то даже музыкальную школу заканчивал. Как говорится, «играю на гармошке у прохожих на виду». Устроился в ГУМ, в музыкальную секцию в качестве демонстратора. Когда люди покупали музыкальные инструменты, я помогал им и консультировал.

Мне тогда было около восемнадцати лет. В семье четверо детей, стипендия маленькая, нужно было подрабатывать. Просить деньги у родителей я просто не мог. Днём учился, а по вечерам работал.

Уже через несколько месяцев после того, как устроился на работу, познакомился с Юрием Антоновым. Когда он приходил и начинал играть на пианино, собиралась толпа людей. В магазине мы всегда обсуждали последние музыкальные новости, разговаривали о «Битлз» или «Роллинг стоунз», наигрывали новые мелодии. Это было настоящее удовольствие, а не работа.

Кроме этого, мы ещё «сколотили свою бригаду» и играли на танцах. Я был заросший, в модных очках и с гитарой. Когда на третьем курсе меня представили на получение Ленинской стипендии, в парткоме мою кандидатуру «зарубили». Обидно, конечно, зато мы хорошо играли на всех институтских вечерах.

Потом мы играли (в том числе и известный сейчас  Тихонович) в клубах кирпичиных заводов. Это были веранды (открытые площадки), где из-за попустительства идеологических органов КПБ звучала «вредная» для советских людей музыка. Кстати, тогда играл и ныне хорошо известный отец Игорь. У меня есть фотография, где он, битломан, совсем не похож на будущего священника.

Помню, мы должны были писать объёмные отчёты о конкретных музыкальных произведениях. Например: песню написали Леннон и Макартни, это протест английских домохозяек под названием «Леди мадонна». Придумывали всякую ерунду, но «проходило».

Играл вплоть до аспирантуры, которую мне предложили уже на четвёртом курсе. Словом, «спасибо партии и правительству за предоставленное счастье жить в такой стране!» Всё было сделано быстро.

С инязом не получилось. Уже будучи доцентом, я закончил там курсы английского и французского языков (немецкий у меня уже был). Занимался два года по шесть часов в неделю. Зато сейчас в любой точке земного шара чувствую себя свободно.

В 1974 году стал кандидатом экономических наук. Специализировался в области западной экономической мысли. Молодой, перспективный, неженатый. В 1975-м начал  преподавать в нархозе.

В 1983 году ушёл в Институт повышения квалификации преподавать общественные науки. Это был уже совсем другой уровень — приезжали профессора со всего Союза. Затем стал заведовать кафедрой. Когда началась перестройка, наше заведение назвали Национальным институтом гуманитарных наук. Сейчас его переименовали в Республиканский институт высшей школы. Там дослужился до проректора по научной работе.

В начале девяностых Михайлов и Дунаев создали ЕГУ. Я стал первым деканом экономического факультета и проработал там около трёх лет.

В 1988 году уехал на стажировку в Китай. Менее чем через год вернулся назад.

После путча 1991 года возникла идея создания НЦСИ (Национальный центр стратегических инициатив) «Восток-Запад». Кстати, среди единомышленников были и Дима Булахов, и Витя Гончар.

В 1996 году всё закончилось. Тогда появился аналитический центр «Стратегия», который действует по сей день. Главный смысл «Стратегии» — быть независимыми учёными.

 

Экономика без политики

 

Тому, что меня публикуют и в независимой, и в государственной прессе, есть вполне логичное объяснение — я всегда стараюсь быть объективным. Предположим, речь идёт о неких макроэкономических проблемах. ВВП страны вырос на 9%, а доходы — на 20%. Это ненормально. Идёт очевидное искажение экономической политики — мы будем производить более дорогой неконкурентоспособный продукт.

Я пишу о том, что действительно важно. Много работал с престижными международными организациями, контактировал с известными учёными, то есть получал информацию из «первых рук». Изучал, как делается экономическая политика в разных странах. С 1997 года по 2000-й являлся членом экспертного совета, работал вместе с Капитулой, Моровой и прочими, был там единственным представителем негосударственных структур, а также одним из редакторов национального отчёта.

Глубоко убеждён, что независимая наука и неправительственные организации не должны принадлежать власти или оппозиции. Мы работаем на гражданское общество. Наша функция заключается не в том, чтобы кому-то конкретно нравиться, а чтобы писать о том, что в конце концов окажется верным.

Прекрасно знаю, что может делать наше правительство, а что нет. То же самое касается структур Национального банка, отдельных министерств. Многие учились вместе со мной, а некоторые — и у меня. Не могу себе позволить политизированных выводов и не очень объективных суждений. Если это произойдет, мои коллеги, в лучшем случае, будут смеяться — они же всё читают. То, о чём я пишу, должно быть достоверно, выдержано и сбалансировано.

 

Экономика без семьи

 

Я сейчас холост, и это нормально. Когда читаю в романах об учёных, которые чего-то добились и имеют прекрасные семьи, абсолютно в это не верю. Чушь собачья. Если ты хочешь чего-то добиться в конкретной сфере, ты должен быть эгоистом.

Я непригодный для семейной жизни эгоист. Этакое «чудовище», с которым женщинам не нужно связывать свою судьбу. 15 лет был в браке. Моя жена Татьяна работает в системе Академии наук, является хорошим специалистом в области малых доз радиации. Целых 15 лет! Когда-то «круче» была только «высшая мера наказания».

Женился после аспирантуры. Раньше не мог, иначе пришлось бы приводить жену в трёхкомнатную квартиру, где и так жило много людей. На мой взгляд, жениться можно только тогда, когда ты уже твёрдо стоишь на ногах.

У меня выросла замечательная дочь Даша. Скрипачка, у неё абсолютный музыкальный слух. Родилась она в 1977 году. Окончила университет и аспирантуру по специальности «Политология». Сейчас у Дарьи маленький ребёнок. Она кое-что сбрасывает мне «на мыло». Смотрю, советую.

После того как мы с женой разошлись, о браке не думаю. Женщин нужно беречь.

 

Авторское послесловие.

Леонид Фёдорович «наговорил» это интервью 22 декабря 2006 года, в самый короткий день в году. Потом день начинает «расти», становится больше света. И это весьма символично.

 

  • З кнігі “Арытмія, альбо Код супраціву”

Леанід ЗАІКА

 

Пачатак гэтага артыкула я ўбачыў на Камароўскім рынку. На майцы аднаго з пакупнікоў было напісана: “Жыццё сумнае, затое зарплата смешная”. Вельмі крэатыўная падказка зрабіць героем чарговага нарыса кагосьці з эканамістаў. На мой погляд, адзін з самых лепшых у іх кампаніі — кіраўнік аналітычнага цэнтра “Стратэгія” Леанід Заіка.

 

Касмапалітычны дэбют

Касмапалітам сябе называе сам Леанід Фёдаравіч. І мае рацыю: яго бацька Фёдар Іванавіч родам з Украіны, маці Галіна Раманаўна — з расійскага Курску, а сам ён нарадзіўся 23 жніўня 1948 года ў беларускім Гродне. Дарэчы, згодна з сацыялагічнымі апытаннямі, такімі “касмапалітамі” сябе лічаць каля сямі працэнтаў грамадзян Беларусі.

Бацька будучага эканаміста быў вайскоўцам (камандзір палка), і таму дзяцінства нашага героя прайшло пераважна ў вайсковых гарнізонах. Некалькі з іх прыйшліся на Германію, куды Фёдара Іванавіча перавялі ў 1959 годзе. Мабыць, там яго сын Лёня і зразумеў, што ўзровень жыцця Савецкага Саюза значна саступае замежным стандартам.

Не ведаю, чым было абумоўлена тое глупства, але ў СССР дзеці вайскоўцаў, што служылі за межамі краіны, мелі права знаходзіцца разам з бацькамі толькі да 16-гадовага ўзросту. Потым іх неабходна было адпраўляць у СССР. Так Леанід Заіка на кароткі тэрмін зноў апынуўся ў родным Гродне. Хутка ў Беларусь, у Слуцк, вярнулі яго бацьку, які неўзабаве пераехаў у Мінск.

Тут восенню 1965 года Леанід Заіка і пайшоў у апошні (11-ы) клас адной са школ. Скончыў школу з залатым медалём і паступіў на гандлёвы факультэт Інстытута народнай гаспадаркі.

 

Эканамічны дэбют

Паралельна з Наргасам у Леаніда Заікі ўзнікла жаданне паступіць у інстытут замежных моў, таму што пасля жыцця ў Германіі (і не толькі) ён добра ўсвядоміў, што без ведання замежнай мовы дабіцца нечага істотнага немагчыма. На жаль, ажыццявіць свой намер у той час яму не ўдалося, бо на паралельнае навучанне ў дзвюх ВНУ патрабаваўся дазвол аж на ўзроўні намесніка Міністра адукацыі.

Але, хаця і праз шмат гадоў, Леанід Заіка скончыць курсы англійскай і французскай моў, дадаўшы іх да нямецкай, якой авалодаў за гады жыцця ў Германіі.

Вучыцца на адну стыпендыю за савецкім часам было практычна немагчыма, хаця параўнальна з сённяшняй яна была значна вышэй. Леаніду Заіку было не проста цяжка, а вельмі цяжка, бо акрамя яго ў сям’і былі яшчэ два браты і сястра.

Паралельна з вучобай Леанід пачаў працаваць. Днём — вучоба, вечарам — работа. Працаўладкаваўся ў сталічны Дзяржаўны ўнівермаг (ГУМ) дэманстратарам музычнай секцыі. Кансультаваў пакупнікоў, даваў ім парады.

Час ад часу туды заходзіў Юры Антонаў (будучая зорка савецкай эстрады) і пачынаў граць на піяніна. Збіраўся цэлы натоўп.

Чаму менавіта такі выбар? Справа ў тым, што Заіка быў заядлым “бітламанам” не толькі тэарэтычна, але і практычна. Разам з аднадумцамі ён стварыў “сваю каманду” і граў на танцах. Дарэчы, такім жа шляхам ішоў тады і вядомы зараз Аляксандр Ціхановіч.

На трэцім курсе Заіку “зарубілі” Ленінскую стыпендыю. Парткам не прапусціў хлопца з доўгімі валасамі, у модных акулярах і з гітарай у руцэ.

Нягледзячы на “несавецкі” выгляд, вучыўся Леанід Заіка выдатна, і на чацвёртым курсе яму прапанавалі пайсці ў аспірантуру. Так і зрабіў.

У 1974 годзе Заіка абараніў кандыдацкую дысертацыю, а ў наступным стаў выкладаць у родным Наргасе.

 

“Палітычны” дэбют

Двукоссе тут невыпадковае, бо чыстай палітыкай Леанід Заіка ніколі не займаўся. Яна сама пачала “займацца” ім, бо, як вядома, з’яўляецца “канцэнтраваным  выражэннем эканомікі”.

У 1983 годзе ён пачаў выкладаць у Інстытуце павышэння кваліфікацыі выкладчыкаў, а пасля стварэння Еўрапейскага гуманітарнага ўніверсітэта (ЕГУ) стаў там першым дэканам факультэта эканомікі, адпрацаваў на гэтай пасадзе тры гады. Цікава, што прэзентацыя ЕГУ, якую вёў Леанід Заіка, адбылася ў тым самым будынку, дзе зараз афіцыйна лічаць “адукацыйных эмігрантаў” сваімі ідэалагічнымі візаві.

У 1988 годзе Леанід Заіка паехаў на гадавую стажыроўку ў Кітай, дзе вывучаў досвед, які ў апошняе дзесяцігоддзе стаў па сутнасці дзяржаўным арыенцірам. Але, у адрозненне ад дзяржаўных чыноўнікаў, сярод якіх няма сапраўдных эканамістаў-тэарэтыкаў, у яго былі яшчэ падобныя камандзіроўкі ў Злучаныя Штаты Амерыкі, Вялікабрытанію і іншыя краіны, куды “дзяржаўнікаў” амаль не запрашаюць.

У гэты ж час лёс звёў Леанід Заіку з Анатолем Майсенем. Пазнаёміўся ў “спецхране” былой “ленінкі”. Працавалі там толькі тыя, хто ведаў замежныя мовы. Звычайна, такіх было не больш за 10–15 чалавек. Вельмі хутка яны сталі “адной камандай”, і таму з’яўленне пасля путчу 1991 года Нацыянальнага цэнтра стратэгічных ініцыятываў (НЦСІ) “Усход–Захад” было цалкам лагічным.

З пачаткам перабудовы на Беларускім тэлебачанні з’явілася новая перадача — размовы на міжнародныя тэмы. Вёў яе Леанід Заіка. Адной з самых цікавых стала размова з унукам “жалезнага канцлера” Бісмарка, які ў той момант узначальваў знакаміты Інстытут Гётэ і прыехаў у Мінск па запрашэнню нямецкай амбасады.

Потым Леанід Заіка “перадаў” сваю праграму Анатолю Майсеню, які вырашыў зрабіць крэн у бок журналістыкі. Так бывае толькі паміж людзьмі, якія вельмі блізкія па духу, таму можна толькі ўявіць, якой стратай для Заікі стала трагічная смерць Майсені 12 лістапада 1996 года.

Але НЦСІ “Усход–Захад” перастаў існаваць зусім не па гэтай прычыне.

Пасля рэферэндуму 1996 года Вярхоўны Савет 13 склікання, мякка кажучы, апынуўся ў апале. Яго спікер Сямён Шарэцкі папрасіў Леаніда Заіку правесці на іх пляцоўцы пасяджэнне па аграрных пытаннях, бо ў іншыя месцы іх не пускалі. Той пагадзіўся, што і стала прычынай яго “палітычнага” дэбюту.

 

Дэбют “санта-барбары”

Так НЦСІ “Усход–Захад” стаў “гняздом апазіцыі”. Літаральна на наступны дзень пасля таго, як адбылося гэта пасяджэнне, да іх па даручэнню тагачаснага сакратара Савета бяспекі Шэймана прыйшла праверка. І пачала шукаць па сейфах “мільёны апазіцыі”.

Аб узроўні тых, хто праводзіў “рэвізію”, шмат гаварыць не трэба. Дастаткова аднаго факту. Праз тры дні работы “рэвізоры” спыталіся: “А хто такі грант і чаму гэты чалавек дае вам грошы?..”

У савеце НЦСІ “Усход–Захад” на той час былі Тамара Віннікава, Міхаіл Мясніковіч, Павел Якубовіч, Зміцер Булахаў, аднак гэта не выратавала ад сумнага выніку. У 1997 годзе ў “кампаніі” з фондам Сораса і фондам “Дзеці Чарнобылю” юрыдычна ён спыніў сваё існаванне.

У гэты ж час з’явілася ідэя стварэння беларуска-нямецкага Мінскага форуму, які тады і дэбютаваў. Леанід Заіка быў сярод першых заснавальнікаў і вельмі спадзяваўся, што “пляцоўка” для дыялогу паміж апазіцыяй і ўладай ніколі не будзе пустой. На жаль, менавіта гэта ў 2011 годзе і здарылася.

У нейкім сэнсе аналітычны цэнтр “Стратэгія” працягнуў справу НЦСІ “Усход–Захад”. Перад рэгістрацыяй яго заснавальнікі прозвішчам Заікі вырашылі не дражніць гусей, таму першым дырэктарам быў вядомы юрыст Сяргей Леўшуноў. Праз год яго замянілі Леанідам Заікам, які ўзначальвае структуру і зараз.

 

Туманная будучыня

Нічога не хачу сказаць пра ўзровень некаторых высокіх кіраўнікоў, аднак упэўнены, што іх адукацыі і эрудыцыі недастаткова, каб узначальваць галоўную банкаўскую ўстанову краіны… І базы завочнага Наргаса тут яўна недастаткова…

Напэўна, адсюль і “вынікі”. Самае цікавае, што іх можна было б пазбегнуць. На погляд Леаніда Заікі, калі б урадам яшчэ вясной гэтага года былі прынятыя адпаведныя меры (значнае скарачэнне колькасці чыноўнікаў, іх заробкаў, “каштоўных” праграм і г.д.), сённяшніх астранамічных курсаў валют можна было б пазбегнуць.

Як вядома, гэтага не адбылося, таму і будучыня нас чакае даволі трывожная. Радуе, што беларускі рубель крыху ўзмацніўся, але аналітыкі ў адзін голас сцвярджаюць, што робіцца гэта не рынкавымі, а адміністрацыйнымі метадамі, таму пра рэальную карціну пакуль сказаць вельмі цяжка.

Рэальныя толькі кошты ў крамах. Напрыклад, тая ж каўбаса сягае ўжо за 100 тысяч беларускіх рублёў за кілаграм. Леанід Заіка хоча адрэзаць ад яе кавалак на адну тысячу і паслаць яе Міхаілу Мясніковічу. Каб лепш было бачна, колькі зараз каштуе беларускі рубель…

 

14.10.11

%d0%b7%d0%b0%d0%b8%d0%ba%d0%be2

%d0%b7%d0%b0%d0%b8%d0%ba%d0%be-2 %d0%b7%d0%b0%d0%b8%d0%ba%d0%be3%d0%97%d0%90%d0%86%d0%9a%d0%90-3 %d0%97%d0%90%d0%86%d0%9a%d0%90-4